Философы, занимающиеся проблемами сознания, расколоты на две большие группы в зависимости от их ответа на вопрос: выводимо ли сознание целиком и полностью из законов физики, химии, биологии и других естественных наук, или же данный феномен является в определенной степени автономным. Я не буду даже пытаться отвечать на вопрос “что такое сознание?”. В рамках данного текста мне будет вполне достаточно того, что большинство философов считают элементами или по крайней мере признаками сознания наши субъективные чувственные переживания, так называемые квалиа. Например, если мы видим нечто, то мы сознаем, что видим это. В противном случае мы только смотрим, но не видим (не воспринимаем).

Аргументы сторонников относительной автономии сознания обычно концентрируются вокруг квалиа. Если, к примеру, мы докажем, что субъективное восприятие цвета не детерминировано на 100% физическим воздействием электромагнитных волн на сетчатку нашего глаза и способом обработки этого воздействия нейронной сетью нашего мозга, значит в нашем сознании, по крайней мере в сознании цвета, есть что-то помимо физики.

Аргумент с инверсией спектра очень старый. Впервые его простейшую форму мы встречаем его у Локка:

“Впрочем, идея голубого, имеющаяся у одного человека, может отличаться от этой идеи у другого. В наших простых идеях не было бы ничего от ложности и в том случае, если бы вследствие различного строения наших органов было бы так определено, что один и тот же предмет в одно и то же время производил бы в умах нескольких людей различные идеи; например, если бы идея, вызванная фиалкой в уме одного человека при помощи его глаз, была тождественна с идеей, вызванной в уме другого ноготками, и наоборот. Ведь этого никогда нельзя было бы узнать, потому что ум одного человека не может перейти в тело другого, чтобы воспринять, какие представления вызываются с помощью органов последнего; и потому не перепутались бы ни идеи, ни имена и ни в тех, ни в других не было бы никакой ложности”. – Локк. Опыты о человеческом разуме, т.1, стр. 444

Современная трактовка аргумента инвертированного спектра, разумеется, более детальная и тонкая. Вот как этот аргумент преподносит Чалмерс:

“Можно было бы, к примеру, вообразить, что там, где у меня есть опыт красного, у моего инвертированного двойника имеется опыт синего, и наоборот. Конечно, он будет называть свои переживания синего «красным», но это неважно. Важно то, что вещи, которые мы оба называем «красными», — кровь, пожарные машины и т. п. — будут переживаться им так же, как переживаются мной вещи, которые мы оба называем «синими», вроде моря или неба… Остальной его колористический опыт систематическим образом инвертирован в сравнении с моим для гармонизации с инверсией красного и синего. Если говорить о человеческом колористическом опыте, то, возможно, лучше всего представить это в виде перестановки двух осей нашего трехмерного колористического пространства, при которой красно-зеленая ось оказывается на месте желто-синей, и наоборот”. – Чалмерс. Сознающий ум. cтр. 133

Давайте разберемся в этом аргументе, Мы не будем говорить, что цвет – это электромагнитная волна и т.д. и т.п. Для начала мы рассмотрим, как воспринимает цвет обычный человек или, скажем так, художник, а не физика и не нейробиолог. Нетрудно заметить, что любой субъективной цвет имеет три характеристики: цветовой тон (красный, синий, желтый и т.п.), светлоту или яркость (светлый, очень светлый, темный и т.п.), и чистоту, или насыщенность (чистый, блёклый, грязный и т.п.). Все воспринимаемые нами цвета образуют ограниченное трехмерное цветовое пространство.  Давайте исследуем строение этого субъективного пространства.

Первое, что бросается в глаза: это пространство непрерывно в том смысле, что имеется очень плавный переход от одного цвета к другому по каждой из осей "цветовой тон-светлота-чистота". Этот момент учтен в уточненной формулировка Чалмерса. Но это далеко не все.

Каждая из трех осей имеет свою специфику. Цветовой тон замыкается в круг (художники так и говорят – цветовой круг). Ось светлоты – это луч. Имеется самый темный цвет, но нет самого светлого, так как всегда возможет еще более светлый, более яркий. Наконец, ось чистоты – это отрезок. Минимальная чистота – это ахроматический цвет (белый, серый, черный). Максимальная чистота – это спектрально-чистый цвет). Исходя из данного анализа ясно, что у двух разных людей не могут быть переставлены оси "цветовой тон-светлота-чистота". Ясно также, что цвет не может быть переставлен со звуком. Действительно, аналогом цветового тона можно считать высоту звука, аналогом светлоты – громкость, аналогом чистоты – тембр. Но, во-первый, высота звука – это не круг, а тембр устроен гораздо сложнее, чем чистота.

Далее, цветовое пространство имеет форму веретена. Горизонтальное сечение веретена представляет собой круг, расстояние от центра к краю – чистота, вертикальный луч – светлота. Но это веретено нельзя крутить как угодно. В нем имеется изъян. У обычных цветов, получаемых путем отражения света от предметов, между красным и фиолетовым имеется так называемый пурпурный цвет. Это аддитивная смесь красного и синего. В спектре такого цвета нет. Если спектр согнуть в дугу, то между насыщенный фиолетовым и насыщенным красным будет пустота, они не смыкаются. Это значит, что в верхней части веретена субъективного цветового пространства там будет скол. Так что крутить веретено не удастся. Имеется единственный способ совместить два веретена. Вывод. Все люди воспринимать цвета одинаково.

В заключении хочется сказать следующее. Обе стороны продолжат предлагать все более тонкие и изощренные аргументы и контраргументы. И пока мы не разобрались в механизме субъективного восприятия цвета на том же уровне, как были решены другие вопросы редукции, никакой аргумент одной из спорящих сторон нельзя считать окончательным. Будьте уверены, противная сторона обязательно найдет достойный контраргумент.